Интегральный строй

3 Августа 2018 15:29

Академик РАН Сергей Глазьев рассказывает о ближайшем будущем российско-китайских взаимоотношений в интервью заместителю главного редактора газеты «Завтра» Александру Нагорному.

«Завтра». Сергей Юрьевич, вы недавно вернулись из поездки в КНР, где вместе с представителями Изборского клуба приняли участие в семинаре с экспертами Института финансовых исследований Народного Университета Китая. Кроме того, у вас был целый ряд контактов на высоком уровне, включая вице-председателя КНР Ван Цишаня, занимающего в китайской иерархии вторую властную позицию. С учетом того, что в ЮАР прошла встреча глав государств БРИКС, как вы можете охарактеризовать результаты вашей поездки и текущую динамику российско-китайских отношений?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Несомненно, наше сотрудничество с КНР приобретает все большее стратегическое значение. Поэтому прошедший семинар был посвящен поиску новых и углублению уже существующих форм двустороннего экономического и финансового сотрудничества с акцентом на расширение инвестиционных программ и сопряжения наших финансовых систем в ближайшем будущем. В частности, мы работали над совместным докладом о состоянии и перспективах российско-китайского экономического сотрудничества, подготовленным группой экспертов двух наших стран. Значение данной работы заключается в том, что впервые удалось достичь публичного консенсуса по широкому кругу нерешённых до сих пор проблем двустороннего и многостороннего сотрудничества. В том числе, в докладе зафиксирована необходимость: снятия торговых барьеров в отношении импорта Китаем российской продукции, включая зерно и другие сельскохозяйственные товары; прекращения использования доллара во взаимной торговле и скорейшего перехода на расчёты в национальных валютах с использованием национальных платёжных систем; создания совместных специализированных банков и институтов развития с целью финансирования взаимной торговли и совместных инвестиционных проектов; формирования наднациональных консорциумов для строительства объектов инфраструктуры, создания коридоров развития, производства сложной высокотехнологической продукции.

«Завтра». Это была преимущественно научно-теоретическая работа или вы уже близки к началу практической реализации этих разработок? В частности, китайское руководство как-то реагировало на ваши предложения?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Должен сказать, что обоснованные в докладе предложения были представлены российским и китайским руководителям самого высокого уровня, отвечающим за вопросы экономического сотрудничества, а также направлены главам государств. На встречах с китайскими партнёрами были обсуждены проблемы развития нашего сотрудничества в условиях объявленных США санкций против России и торговой войны с КНР. Они высоко оценили проделанную экспертами работу и намерены продолжать её, включая подготовку докладов по актуальным проблемам экономического сотрудничества для глав государств. Некоторые из моих собеседников весьма критически отзывались о недружественной и непредсказуемой политике Трампа. Мы говорили о необходимости отказа от доллара и евро во взаимной торговле, чтобы оградить наше сотрудничество от угроз со стороны США, злоупотребляющих своей финансовой гегемонией в мире; об открытии китайского финансового рынка для российских заёмщиков, создании совместных специализированных банков для финансирования взаимной торговли и совместных инвестиций.

Китайские руководители подчеркивали огромное значение сотрудничества с Россией для сохранения мира и стабильности. В условиях развязанной США гибридной мировой войны наши с КНР интересы в сохранении мира совпадают. Мы развиваем евразийскую интеграцию на основе взаимовыгодного сотрудничества. В поставленной главами РФ и КНР цели сопряжения ЕАЭС и инициативы "Единый пояс — единый путь" мы видим решение задачи строительства Большого евразийского партнерства, китайцы говорят о Сообществе единой судьбы человечества.

«Завтра». Несомненно, радует тот факт, что вашей работе на этом направлении китайская общественность и руководство КНР придают столь важное значение. Ведь дальнейшее сближение двух наших стран гарантирует военно-политическую и стратегическую безопасность, создавая условия для ускоренного экономического прогресса. Но не кажется ли вам, что наличие товарооборота в 100 млрд долл. и инвестиций порядка 15 млрд долл. не соответствует потенциальным возможностям Китая и России?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Именно это мы и стремимся сейчас решить в ходе контактов с нашими китайскими партнерами. Дело в том, что крупные инвесторы из КНР боятся включения в санкционные списки США, если они начнут активно работать в России. Следовательно, мы должны сейчас создать такую систему, которая должна исключить возможность подобных "нападок". Я имею в виду создание двустороннего инвестиционного канала или фонда, который за счёт целевых кредитов осуществлял бы финансирование наиболее важных для обеих стран проектов.

«Завтра». А в чем состоит главное препятствие для перехода на расчёты в национальных валютах?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Прежде всего, это инерция взаимоотношений крупных корпораций, которые продолжают вести расчеты в долларах. В результате текущий объем операций в национальных валютах остаётся недостаточным для формирования устойчивого рынка. При этом со стороны регуляторов созданы необходимые условия для открытия счетов в национальных валютах и использования национальных платежных систем для осуществления операций. Решение данной проблемы видится в переводе продаж поставляемой в Китай российской нефти на рубли, а экспортируемой в Россию китайской продукции – на юани. Это даст необходимый импульс для быстрого перехода взаимной торговли на национальные валюты в условиях нарастающих рисков использования доллара и евро. Это позволило бы не только уйти от угроз американских санкций, но и исключить использование криминальных схем вывода экспортной выручки в офшоры. Для проведения этих операций могут использоваться национальные платежные системы и независимые от США банки, в том числе – находящиеся под их санкциями.

"Завтра". И последний вопрос. В американском сенате недавно сенатор Марко Рубио, одна из важнейших фигур в протрамповской части Республиканской партии, и госсекретарь Майк Помпео заявили, что Китай является важнейшим стратегическим противником Соединённых Штатов, поскольку он мешает создать систему глобального управления с центром в США. Такое стратегическая установка не может пройти мимо внимания высшего руководства КНР. Не кажется ли вам, что такой подход Вашингтона к отношениям с Пекином и ситуация определенной нормализации российско-американских отношений после Хельсинкской встречи Трампа и Путина создает новые условия для действия нашей дипломатии и нашего бизнес-сообщества?

Сергей ГЛАЗЬЕВ. Полагаю, что интенсификация взаимодействия Китая и России в рамках БРИКС и ШОС даёт исчерпывающий ответ на такой вопрос. Могу также отметить изменившуюся за последнее время позицию китайской стороны, которая от созерцания антироссийских санкций переходит к готовности совместно противостоять им, что создает благоприятные условия для осуществления высказанной Президентом России идеи Большого Евразийского партнерства. Но главное для нас – это освоение и использование китайского опыта управления экономикой с целью выхода на темпы роста ВВП в 7–8% ежегодно. Китайские товарищи не навязывают нам свои рецепты, подчеркивая, что строят социализм с китайской спецификой и все еще остаются развивающейся страной. Но на деле они создали самую прогрессивную в мире систему управления развитием экономики, сочетая планирование с рыночной самоорганизацией, подчиняя при этом частнопредпринимательскую инициативу задачам подъема общественного благосостояния на основе роста объемов и повышения эффективности производства. Полвека назад передовые советские и американские ученые-экономисты предлагали своим руководителям пойти по пути конвергенции рыночной экономики и централизованного планирования. Проживавший в то время в США известный русский мыслитель П.Сорокин пророчески предвидел появление системы управления, сочетающей преимущества того и другого, а также свободной как от язв капитализма, так и от перегибов советской диктатуры пролетариата. Он назвал такой гипотетический строй интегральным. Используя этот термин, я говорю о новом мирохозяйственном укладе, который сочетает частную собственность в конкурентных отраслях и государственный сектор в финансовой, природно-ресурсной, оборонной и инфраструктурной сферах. Централизованное стратегическое планирование и рыночную конкуренцию. Государство в этой системе интегрирует различные социальные группы и интересы на основе подчинения регулирования экономики целям роста общественного благосостояния на основе всемерного стимулирования инвестиционной активности. Наряду с КНР институты этого нового мирохозяйственного уклада осваивают Индия и страны Индокитая, его элементы мы видим в денежно-промышленной политике ЕС, частно-государственном партнерстве в Японии и Южной Корее…

К сожалению, у нас до сих пор торжествует догматический подход. Советское руководство не смогло выйти за пределы марксистских догматов о недопустимости частной собственности и наёмного труда, а потому не справилось с вызовами научно-технической революции, требующей раскрепощения творческого потенциала людей в хозяйственной деятельности. А сегодня под надзором МВФ руководители наших экономических ведомств продолжают политику "вашингтонского консенсуса", несовместимую с задачами опережающего развития экономики, поставленными президентом России. Хотя мы, имея гигантский ресурсный потенциал, загруженные лишь наполовину производственные мощности, квалифицированные трудовые ресурсы, значительная часть которых работает сегодня за рубежом, можем расти не меньшими темпами, чем КНР. Но для этого надо перейти к прагматичной политике, нацеленной на рост инвестиций, расширение масштабов и повышение эффективности производства нужных обществу товаров и услуг. На мой взгляд, это станет лучшим ответом Вашингтону, лелеющему агрессивные замыслы как против России, так и против Китая. 
Комментарии1
Владимир Васильев
«Завтра». Сергей Юрьевич, вы недавно вернулись из поездки в КНР, где вместе с представителями Изборского клуба приняли участие в семинаре с экспертами Института финансовых исследований Народного Университета Китая.

Присутствие этих представителей сразу настораживает внимание. Представители Изборского клуба как были диссидентами страны Советов, так ими и остались, а Глазьев, такой же великий экономист как Кудрин, что не ляпнет, всё не в такт. Даже здесь в ответах несёт чепуху.
Глазьев говорит: (прекращения использования доллара во взаимной торговле и скорейшего перехода на расчёты в национальных валютах с использованием национальных платёжных систем); далее продолжает: ( Мы говорили о необходимости отказа от доллара и евро во взаимной торговле), отказаться от этих валют, означает полное прекращение экономического сотрудничества с Европой и многими другими странами мира, "Северный поток 2" и "Южный поток" говорят о противоположном.
В таком положении возможно только некоторый незначительный бартерный обмен под различными схемами, но это будет ничтожная величина от того объёма продаж Китаем товаров за доллары и евро, от чего крупные корпорации отказаться не не могут, а Глазьев это называет инерцией.
Если на мировом рынке снизится спрос на Китайские товары, то никакая Россия не сможет их поглотить, а тем более увеличить потребление, да и по бартеру потребление Российских природных ресурсов Китаем неизбежно сократится.
Как всегда Глазьев занимается прожектёрством, и ничего более. Все их с Кудриным предложения в пользу бедных капиталистов. Один предложил пенсионное увеличение возраста выхода на пенсию, другой бегает с идеей мобилизационной экономики, то есть, превратить рабочих в рабов капитализма, чтоб последние работали только за пайку.
А Китай сегодня, это СССР вчера, след в след повторяет путь к капитализму.
Развернуть
Чтобы оставить комментарий, вам необходимо авторизоваться

Последние подробности



Прямой эфир
08:20
Художественный фильм «Самый медленный поезд» (12+)

Примите участие в опросе
С чем Вы связываете рост числа людей с онкологическими диагнозами в России?
Голосовать