Прокурор о правоохранительной системе: Если дело возбуждено, то закрывать его уже никому не выгодно

Экс-прокурор, работавший в Сибири и Московской области, рассказал, что если дело возбуждено, то закрывать его уже никому не выгодно: «Все будут бороться, даже если есть основания для прекращения»

Материалы по теме

28 мая 2018 Полиция борется за доверие граждан: Подает в суд на людей, рассказавших о волоките в работе ведомства 22 февраля 2018 Генпрокурор Юрий Чайка констатировал деградацию российского следствия 4 декабря 2017 Следствие не знает, откуда взялись деньги у Захарченко 4 октября 2017 Замглавы московского СК отстранен из-за волокиты 15 марта 2017 Генпрокурор раскритиковал МВД и следствие за фальшивую отчетность 14 ноября 2016 В России из-за полицейской волокиты прекращены 1,5 млн дел

По его словам, если дело возбуждено, то закрывать его уже никому не выгодно. «Все будут бороться, даже если есть основания для прекращения. Система правосудия такова, что если нет состава [преступления], то все равно не надо прекращать дело», — рассказывает бывший прокурор, который сейчас работает в адвокатуре.

«Думаю, это такая политика: вот человека преследовали, может, даже посадили в СИЗО, а потом общественные защитники скажут, что он просто так сидел. И пока есть силы и возможности, все будут работать, чтобы был обвинительный приговор. Потому что оправдание будет значить, что не было прокурорского надзора: спросят, куда вы смотрели, товарищи? Возбуждения ведь проходят через прокуратуру, она же в суде представляет обвинение, — делится бывший сотрудник надзорного ведомства. — Если следователь прекратил дело за отсутствием состава преступления, его же и накажут — столько проверок будет, даже по его линии: почему человека преследовал, почему не сделал нужные выводы в самом начале? На такие вопросы и не ответишь. Принципиально надо найти виноватого. У МВД и СК это будет следователь, у прокуратуры — прокурор из-за отсутствия надзора».

По словам собеседника «Медиазоны», УПК написан так, что привести в соответствующий законодательству вид уголовные дела «невозможно». «Понятно, что они обычно более или менее приведены в порядок, но чтобы полностью — я таких дел не знаю. Вот протокол допроса должен быть: вопрос — ответ, вопрос —ответ, а у нас все допросы идут сплошным текстом, и это плохо», — рассказывает экс-прокурор.

По его словам, в прокуратурах имеет место кумовство. «Думаю, если посмотреть родственные и другие связи прокуроров районов, то все станет понятно. Бывает, в прокуратуре сын генерала карьеру делает, бывает, кто-то по объявлению пришел. В остальном, это еще и вопрос команды, насколько я знаю, если меняется прокурор области, то его люди становятся прокурорами районов, а те, кто был на их местах, уходят в аппарат и теряют реальную власть, занимаются статистикой. Это было бы хорошо на начальном уровне: уйти в аппарат и там карьеру делать. А [уходить туда] с должности прокурора района — уже нет», — делится собеседник издания.

По его мнению, у полиции в настоящий момент уровень профессионализма выше, нежели у СК. «Эти (СКР) вообще наобум дела загоняют, очень много беспредела, на них и жаловаться сложнее — у них меньше статистики, которую им прокуратура может подпортить. Хотя, насколько я знаю, в одной из прокуратур в Московской области был такой конфликт, что даже заместителя прокурора не пускали в комитет, приходилось из областной прокуратуры приезжать и разбираться», — говорит он.

Не последнюю роль в работе прокуроров играет статистика. «Если, например, в прошлом году мы удовлетворили семь жалоб, [в этом году] можно сделать небольшой прирост. Но если [прирост] будет большой — с нас спросят, куда мы смотрели и почему допустили нарушение. И прокурора [района] поднимут на совещании, где все областные прокуроры и начальники отделов собираются и слушают отчеты», — объясняет он.