Кладовые на распродажу. Статья Рустема Вахитова

26 Октября 2019 8:00

«Советское наследие власть державоторговцев и ресурсопродавцев проело, а ничего создать они не могут в силу своей унылой бездарности и безыдейности. Поэтому конец этого начавшегося с перестройки шабаша, похоже, не за горами…» – пишет на страницах газеты «Советская Россия» политолог Рустем Вахитов.

1.

Выдающийся советский философ и социолог Александр Зиновьев (юбилей которого, кстати, мы очень скоро – 29 октября – будем праздновать) замечал, что сложившийся после горбачевско-ельцинской катастройки российский режим почти во всем пародирует советскую цивилизацию.

«В условиях России советизм можно выкорчевать только методами... советизма. Принимая меры против него, антисоветчики и антикоммунисты, вышедшие из среды коммунистов и воспитанные под их влиянием, невольно сохраняют и подпитывают его», – писал Зиновьев еще в те времена, когда контуры нового режима были неясны.

Сегодня это стало уже очевидным. Катастройщики-«реформаторы», которые некогда обещали построить «капитализм как на Западе» за 500 дней, не смогли породить ничего, кроме банального ресурсного государства, которое живет за счет достижений советского времени, копируя и извращая советское наследие. 

Термином «ресурсная экономика» обозначают такой тип хозяйствования, при котором основные материальные блага добываются за счет продажи на мировом рынке ресурсов и прежде всего природных ресурсов, таких как нефть, газ, руды, непереработанное или почти не переработанное сырье сельского и лесного хозяйства и т.д. Иначе говоря, такая страна не создает новые технологии, не развивает промышленность, науку, систему образования, а торгует тем, что у нее имеется и так, досталось от прошлых поколений или дадено природой. Именно такова постсоветская Россия. 

В советские времена были разведаны месторождения нефти и газа, налажена добыча углеводородов, построены заводы, трубопроводы с соответствующей инфраструктурой. После 1991 года новая российская власть продала все это близким к ней бизнесменам, и они эксплуатируют советскую «нефтянку», получая сверхприбыли. Часть прибылей достается власть имущим (через систему приема на работу в корпорации родственников чиновников или их самих, после исполнения обязанностей, а также через банальную коррупцию). Часть власть вынуждена выдавать бюджетникам в виде зарплат (для чего она облагает налогами корпорации и заставляет бизнесменов еще делиться прибылями неофициально, называя это «социальной ответственностью бизнеса»). Такова модель периферийного капитализма, который существует в постсоветской России.

Как видим, в основе ее простая схема: превращение в денежную прибыль тех ресурсов, которые были созданы еще раньше, в советские времена. 

Но та же самая схема лежит и в основе политики постсоветского государства, его идеологии и культуры нашего общества. По-другому и быть не может. В обществе все взаимосвязано, и матрица, которая формируется в производстве, структурно повторяется во всех других сферах общественной жизни. Рассмотрим это подробнее.

2.

 Начнем, пожалуй, с государства. Никакого нового государства Ельцин и его преемники не создавали. Они взяли уже существовавшую машину советской государственности и лишь слегка реформировали ее, адаптировав к новым реалиям и функциям и максимально избавив от социальных обязательств.  

Должность президента была создана еще в СССР. Фактически президент заменил собой Генерального секретаря ЦК партии, который обладал неформальной высшей властью в стране и которому также подчинялись вооруженные силы и правительство, но не на основании специального закона, а, так сказать, по традиции. Собственно, первым президентом СССР и стал последний генсек партии – М.С. Горбачев. После роспуска Советского Союза в Беловежской пуще тогдашний президент РСФСР Б.Н. Ельцин просто превратился в президента РФ (так же, как РСФСР просто была переименована в РФ по закону от 25 декабря 1991 года). 

Администрация президента – это аналог ЦК КПСС, об этом, пожалуй, не написал только ленивый среди политологов. Созданная как аппарат, обеспечивающий деятельность президента, она превратилась в главный распорядительный и контролирующий орган в стране, стоящий выше правительства и парламента (кстати, вопреки Конституции, в которой администрация президента лишь упоминается в статье 83 и фактически подразумевается, что она лишь служебный орган). Она и размещается там же, где ЦК, – на Старой площади и, между прочим, с 2016 года руководит ею внук члена ЦК Компартии Эстонской ССР Антон Вайно (традиция присутствия в высших органах власти прибалтов – тоже советская, вспомним Бориса Пуго и Арвида Пельше). 
Парламент РФ – это бывший Верховный Совет РСФСР, и до 1993 года он даже носил это название. Он сохранил и структуру советского парламента (только не РСФСР, а союзного): Совет Федерации соответствует Совету национальностей, а Госдума – Совету Союза. 
Вооруженные силы РФ – это ядро Советской армии и Военно-морского флота за исключением военных округов, оказавшихся на территории новоявленных независимых государств. ФСБ – наследница советского КГБ, что не особо и скрывается, а российская полиция та же советская милиция, только переименованная и слегка реформированная. 

Про тот факт, что во всех этих структурах остались те же люди, что служили там при Советском Союзе, вообще говорить не приходится… 

Большевики, между прочим, создали новое государство – с другим устройством, другими руководящими органами, новыми силовыми службами, новой армией. Пришедшие к власти в 1991 году «демократы» провозгласили, что они произвели революцию не менее масштабную, чем большевистская, что они покончили с «семидесятилетним коммунистическим безвременьем» и вывели страну на «столбовую дорогу цивилизации», но, как видим, все это пустые слова. Точно так же, как постсоветская власть ничего не создала в экономике, ограничившись эксплуатацией созданных советским народом мощностей, и в политике она сохранила ту же госмашину, только теперь заставив ее служить кентавру госбюрократии и олигархии и обрубив социальные обязательства (например, возложив пенсионное обеспечение народа на сам этот народ посредством перехода к пенсионному страхованию). Постсоветская «элита» не придумала ничего лучше, как использовать советский политический ресурс, чтобы продолжать обогащаться на использовании советских экономических ресурсов. Более того, после прихода к власти Путина эта машина в еще большей степени стала напоминать прежнюю: была воссоздана государственная система пропаганды, создана доминирующая партия. 

3.

Обратимся теперь к идеологии современного режима. При Ельцине попытались сделать общероссийской идеологией антисоветизм. Ничего не получилось, ведь антисоветизм – это отрицание, которое не несет в себе никакого положительного смысла. Просто отрицать советский строй и советские идеалы нельзя; можно это сделать только с определенных позиций: скажем, православной монархии или буржуазного либерализма. Между тем при Ельцине сами элиты никак не могли договориться: «чего же они хотят?»: то они царя перезахоранивают, то расстрельщика парламента Ельцина светочем демократии объявят. С приходом к власти Путина такая положительная идеология была найдена. Имя ей – культ победы над фашизмом. Путинская власть провозгласила себя наследницей победоносного Советского Союза, сокрушившего национал-социализм и фашизм (причем продолжая при этом кампанию антисоветизма, доходящую до того, что во время парадов Победы драпируют Мавзолей Ленина, а Сталина упоминают сугубо в отрицательном ключе). Внутренние противоречия такой идеологической схемы власть не смущают: ее пропагандисты обращаются не к разуму, а к эмоциям людей.

Опираясь на эту идеологию, власть пытается оправдать свою нынешнюю политику, обвиняя Украину, Прибалтику в реставрации нацизма, упрекая Запад, что он недостаточно уважительно относится к России как к державе-победительнице. Не сказать, что пропагандисты власти совсем уж неправы, обвиняя такие страны, как Украина или Латвия в героизации пособников нацистов. Правы они и в том, что наш народ – это наследники советских солдат-победителей. Ложь состоит в другом: что власть имущие наследуют победе советского народа, что власть имущие имеют моральное право говорить от имени победоносного Советского государства. Политический режим современной России – это компрадоры, те бывшие представители советской элиты, которые предали СССР, уничтожили социализм и включили Россию в «мировую» или, правильнее сказать, капиталистическую экономику на правах сырьевого придатка. Собственно, это на свой манер пытались сделать и немецкие нацисты 1940-х годов, и по-настоящему наши нынешние сторонники капитализма наследники не советских солдат, а тех русских, которые стали коллаборационистами. Самые честные и последовательные из них вроде поэта и «либерала-правдоруба» Дмитрия Быкова открыто признаются, что их идеал генерал Власов (а следовательно и его хозяин Адольф Гитлер), а не генерал Жуков и его вождь Иосиф Сталин. Если б еще герр Гитлер антисемитом не был и Власову хоть какую-нибудь бутафорскую автономию пообещал, то Дмитрий Львович сегодня же их портреты на стену бы повесил и биографии бросился строчить. Ведь что такое «Фестунг Ойорпа» герра Гитлера? Не что иное, как Европейский союз образца 40-х гг. прошлого века! Кем же тогда, получается, был «герр генерал Власов»? Не кем иным, как защитником европейских ценностей в тогдашнем их воплощении! Но ведь вся эта свора моральных калибанов – от Быкова до Чубайса включительно – тоже защитники «европейских ценностей», места России на периферии Евросоюза, так сказать, «союза с цивилизованной Европой против азиатского варварства»… 

Идеологи путинизма вроде Суркова и иже с ним отличаются от Быкова с компанией только тем, что они, втайне соглашаясь с позицией оппонентов, посмеиваются над ними, потому что те не умеют делать политический гешефт. Конечно, и наши единороссы и запутинцы – сторонники капитализма, снабжения нефтью и газом презирающей нас Европы ради пущего обогащения наших элит. Разумеется, в этом смысле они не имеют никакого отношения к солдатам Победы, которые как раз защищали завоевания революции, советский строй и социализм и, более того, были теми же самыми крестьянами и рабочими, которые совершили революцию или как минимум их детьми (смотри об этом мою статью «За что воевал солдат Победы?»). Но Сурков и его друзья, понимая все это, поступают хитрее Быкова. Они приватизировали и сам идеал победы советского народа над фашизмом! Власть, которую защищает Сурков, точно так же присвоила победу советского народа, как она присвоила созданные советским народом нефтяные и газовые заводы и месторождения, как она присвоила советскую государственную машину! Выходит, патриотизм Путина и единороссов – это не настоящий, а ресурсный патриотизм, то есть использование советского патриотизма с тем, чтобы конвертировать его в доллары и евро на счетах наших чиновников! 

4.

Та же самая ситуация в области искусства и массовой культуры. Советский Союз был идеократическим государством. Целью своего существования он объявлял не экономические и геополитические достижения, а реализацию идеологии коммунизма, построение бесклассового общества, где все люди – товарищи и братья. Для распространения этой идеологии была создана система государственного агитпропа. Газеты, журналы, телевидение в СССР финансировались не бизнес-компаниями (которых в Советском Союзе и не было) и работали не для того, чтобы развлекать население и тем самым увеличивать подписку и доходы издателей. Они несли в массы государственную марксистско-ленинскую идеологию.

В годы перестройки и в первые постсоветские годы была попытка создать вместо государственного телевидения сеть частных коммерческих каналов (каковая существует, например, в США, где нет госканалов, полностью финансируемых федеральной властью и тем более ей подчиняющихся). Однако в 1995 году государство в лице президента Ельцина и его администрации дало задний ход. Ему понадобился контроль над телевидением в силу нестабильной политической ситуации в стране и угрозы для Ельцина и его команды потерять власть. Свобода рынка в сфере электронных СМИ могла привести к тому, что левопатриотическая оппозиция, популярность которой после неудачи шоковых реформ упорно росла, создала бы свои телеканалы и радиостанции и они стали бы оказывать огромное влияние на общественное мнение. Поэтому с 1996 года Ельцин передает контроль над главными федеральными каналами близким к нему олигархам с тем, чтоб эти каналы транслировали точки зрения, выгодные Кремлю (и тем самым обеспечил себе переизбрание на второй срок). После прихода к власти Путина и разгрома тех электронных СМИ, которые сохраняли остатки независимости, прежняя пропагандистская машина воссоздается в полной мере. Только теперь она несет населению не идеалы социальной справедливости и классической культуры. По советскому ТВ в прайм-тайм передавали балеты Чайковского и симфоническую музыку; на первом канале вели передачи ведущие интеллектуалы, такие как Лотман или Лихачев, что крайне изумляло иностранцев, привыкших к потоку рекламы и пошлым шоу в качестве повседневного телеконтента. При преемнике Ельцина российское телевидение заполонили клоны западных ток-шоу и сериалов, но среди этого потока грязи и непристойностей выделяются политические программы, которые громко хвалят власть и все ее начинания. Причем все это щедро оплачивается из бюджетных средств, изъятых у граждан в виде налогов…

Владельцы «останкинской пропагандистской иглы» научились бессовестно эксплуатировать ностальгию по СССР, охватившую население после утери социальных гарантий, имевшихся у него при Советской власти. По всем каналам телевидения бесчисленное количество раз крутят шедевры советского Госфильмофонда. На Новый год нам обязательно покажут «Иронию судьбы», на 8 марта – «Служебный роман». А по утрам, когда телевизор смотрят пенсионеры, телепрограмма предлагает даже старые фильмы, воспевающие революцию, советских чекистов, советскую милицию…

На эстраде мы видим тех же самых певцов, артистов, юмористов, что приобрели популярность еще в советские времена, только изрядно постаревших, невзирая на множество пластических операций. Они бодро призывают голосовать за «кого надо», восхваляют новую «господствующую партию» и за это получают свои миллионные гонорары…

Так власть извлекает выгоду и из информационного ресурса, оставшегося от прежней великой эпохи… 

5.

Но любой ресурс рано или поздно заканчивается. По оценкам специалистов нефти и газа в недрах России осталось еще лет на 15–20. Государственная машина начинает работать вхолостую и время от времени дает сбои, а государственное телевидение настолько изовралось и стало непрофессиональным, что зрители уходят в интернет… Советское наследие власть державоторговцев и ресурсопродавцев проело, а ничего создать они не могут в силу своей унылой бездарности и безыдейности. Поэтому конец этого начавшегося с перестройки шабаша, похоже, не за горами…

Рустем ВАХИТОВ
Комментарии0

Нет ни одного комментария, будьте первыми!

Чтобы оставить комментарий, вам необходимо авторизоваться

Последние подробности



Прямой эфир
11:20
Художественный фильм «Безымянная звезда» 1-2 серия (12+)

Примите участие в опросе
К чему привело разрешение свободной купли-продажи земель сельскохозяйственного назначения в России?
Голосовать